В России зафиксирована активная оптимизация кадров в бюджетной сфере, вызванная структурными реформами, дефицитом бюджетов. В отличие от коммерческого сектора, где преобладает «скрытая» оптимизация (заморозка найма, перевод на неполный день), в госсекторе изменения носят более директивный характер.
Российское здравоохранение столкнулось с тревожным сигналом из официальных данных, а не прогнозов. С января по июль 2026 года из медицинских и социальных организаций ушли 185,3 тысячи человек, при этом приняли лишь 165,9 тысячи. Итог — сокращение занятости на 19,4 тысячи работников.
Росстат фиксирует около 4,2 тысячи увольнений из-за сокращения штата, а 161,3 тысячи ушли сами. Поэтому говорить о массовых увольнениях неверно, но игнорировать проблему уже невозможно.
Причина кроется в региональных бюджетах. По данным Счетной палаты, расходы на здравоохранение в первом квартале упали на 6,4% (без Москвы — на 5,2%). С учетом инфляции реальная покупательная способность средств снизилась еще сильнее. Федеральные субсидии на модернизацию первичного звена сократились вдвое — с 55,3 млрд рублей в 2025 году.
Когда денег меньше, учреждения экономят на зарплатном фонде — самой крупной статье. Но это ведет к росту нагрузки на оставшихся врачей, очередям и перекладыванию работы на тех, кто еще не ушел. Опрос Медвестника показал: 38,5% врачей слышали о возможных сокращениях, а 14,7% подтвердили урезание штата на 10–15%.
Бюджетный разрыв регионов достиг 1,5 трлн рублей, долг — 3,5 трлн. В Санкт-Петербурге обсуждали сокращение до 15% ставок в поликлиниках и стационарах.
Если экономия затронет врачей в спб и средний медицинский персонал, сегодняшняя выгода обернется завтрашними расходами на лечение и доступность помощи.